6 июля 1907 г. родилась Фрида Кало — легендарная мексиканская художница 18+

Фрида Кало родилась в городке Койоакане. Ее отец, венгерский еврей Карл Вильгельм Кало, еще в молодости эмигрировал в Мексику и зарабатывал на жизнь профессией фотографа.

Мать Фриды Матильда Кальдерон-и-Гонсалес была второй женой Вильгельма. В ее жилах которой текла кровь конкистадоров, и она была очень набожной, до истеричности, католичкой. К тому же первый ребенок Матильды в браке с Вильгельмом — мальчик — умер через несколько дней после рождения, что привело к частым депрессиям матери. Следующей на свет появилась Фрида, и здоровье Матильды не позволило кормить новорожденную самостоятельно – вместо нее за ребенком ухаживала няня-индианка. 

Воспитывала Фриду и двух ее сводных сестер (дочерей от первого брака Вильгельма) г-жа Кальдерон-и-Гонсалес в рамках жестких норм католицизма, что вовсе не привело к любви к ней со стороны дочери. Не случайно уже в зрелом возрасте Фрида однажды заметила, что согласна со всем, чему учил ее отец и ни с чем из того, чему учила ее мать.

В 6 лет Фрида заболела полиомиелитом, который иссушил девочке правую ногу. Чтобы скрыть тот факт, что у нее одна нога тоньше другой, Фриде пришлось надевать на больную ногу несколько чулок или ходить в джинсах. В более зрелом возрасте она скрывала дефект, одевая длинные мексиканские платья. 

В школе девочку дразнили «peg-leg Frida» («Фрида – деревянная нога»). Видимо, чтобы компенсировать моральный ущерб от этого недостатка, Фрида начала усиленно заниматься спортом: играла вместе с мальчишками в футбол и даже занималась боксом.

В 15 лет Фрида поступила в Национальную подготовительную школу в Мехико, обучение в которой позволило бы получить престижную в то время в Мексике профессию врача. Но вскоре девушке наскучили занятия, учителя и одноклассники, она стала пропускать занятия, охладела к медицине. Увлеклась социалистическими идеями, с группой единомышленников основала социалистический кружок «Cachuchas» (исп. – фуражка») – по типу типичного головного убора пролетариев той эпохи. Возможно, причина такого крутого поворота в судьбе — отношения со студентом-правоведом Алехандро Гомесом Ариасом, который был лидером “Фуражек”.

Именно Алехандро был вместе с Фридой в тот злополучный сентябрьский день 1925 года, когда девушка пострадала в дорожной катастрофе. При столкновении автобуса с трамваем стальной поручень, оторвавшийся от креплений, ударил Фриду, нанеся страшные повреждения. У девушки был сломан позвоночник в трех местах, тазобедренные кости, почти все внутренние органы оказались повреждены. 

Понадобились тридцать три операции, бесконечная смена корсетов и целый год почти полной неподвижности на больничной койке, прежде чем Фрида вновь встала на ноги.К тому же раны плохо заживали из-за грибковой инфекции, а на

правой ноге появились первые признаки гангрены.

Чтобы как-то скрасить пребывание в госпитале, Фрида попросила отца принести краски. Тот не только выполнил просьбу, но и пристроил к больничной койке мольберт, и снабдил его зеркалом. Так определилось занятие, которое принесет Фриде Кало всемирную славу. Она начала рисовать. Причем из 145 её картин 60 стали автопортретами — что ей было еще рисовать на больничной койке, если в ее распоряжении были только мольберт, краски и зеркало?

Но и после выхода из больницы Фрида должна была постоянно носить стальной корсет, который не снимал боли, но хотя бы поддерживал тело.

Разумеется, никакой речи о развитии отношений с Алехандро Гомесом Ариасом (который, кстати в той аварии отделался ушибами) более и не шло. Но тяга к коммунистическим идеям осталась. В 1928 г. Фрида вступила в Коммунистическую партию Мексики. А в 1929 г. вышла замуж за Диего Риверу, художника-монументалиста, известного своими коммунистическими воззрениями. 

Впрочем, не только приверженность к учению Маркса-Энгельса сблизила этих двух таких разных людей (Ривера был старше своей избранницы на 21 год). Они познакомились, когда Фрида еще училась в национальной подготовительной школе, куда Диего пришел расписывать стены. Девушка несколько часов наблюдала за его работой, а потом заявила однокурсникам, что хочет ребенка от “этого толстяка”. 

Действительно, Ривера был грузен, пучеглаз, но, видимо, обладал свойством магически воздействовать на противоположный пол. И брак с этим “мачо” стал для Фриды не только величайшим счастьем, но и огромным мучением из-за постоянных измен мужа (или подозрений в изменах).

Все три беременности Фриды закончились выкидышами: сказывались последствия аварии: сломанные кости таза не позволяли выносить ребенка. Боли мучали Фриду всю оставшуюся жизнь, и вопреки им эта женщина изо всех сил пыталась создать образ эдакой крутой и бесшабашной ниспровергательницы устоев: демонстративно и отнюдь не в “дамских” дозах пила текилу, любила солёные шутки, а то и могла нецензурно выразиться. 

В то же время в их с Риверой доме настольными книгами были томики Маркса, Энгельса и Сталина; Фрида даже начала писать портрет “вождя народов”, но не успела завершить — умерла.

Признание к ней пришло не скоро. Первая персональная выставка открылась в 1953 г. К тому времени Фрида уже едва могла двигаться: из-за гангрены у нее была ампутирована часть ноги. К павильону ее доставили на скорой помощи с эскортом мотоциклистов; в выставочный зал внесли на носилках, где уложили на специально подготовленную кровать. Несмотря на все это, Фрида в тот день, чего бы ей то ни стоило, поддерживала созданный ею образ: пила текилу, во весь голос выдавала несалонные шутки, пела мексиканские народные песни — марьячи.

Умерла она (от воспаления легких) в следующим году. Хоронили ее по высокому разряду: тело перед погребением завернули во флаг Компартии Мексики, на похоронах присутствовал экс-президент страны Ласаро Карденас.

Жизненный путь Фриды Кало легко восстановить по ее картинам. Одна из первых — “Моя няня и я”, написанная в 1937 г. — воспоминание о том, что ее вырастила, по сути, индианка. 

После трагической аварии, на год приковавшую Фриду к постели, девушка предстает на своих картинах то в виде сломанной колонны, то в виде подвергаемого истязаниям, пронзенного гвоздями мученика. 

Просто брызжет радостью и счастьем написанная в 1931 г., вскоре после того, как синьорита Кало вышла замуж, картина «Frida and Diego Rivera»: в ней нет и намека на телесные страдания, которые были гнетущим атрибутом предыдущих картин.

Картина «Всего лишь несколько царапин» — аллегорический ответ на измены мужа: на полотне изображена истекающая из многочисленных ран женщина.

Очередные неудавшиеся роды стали отправным пунктом для полотна «Больница Генри Форда»: на нем изображена окровавленная женщина с вздутым животом, держащую в руке клубок с красными нитями, привязывающим ее к разбросанным по полотнищу символам.

Последняя картина Кало названа «Да здравствует жизнь!». Ее Фрида писала, будучи уже тяжко больной и зная, какая участь ее ожидает. И на своей последней картине Фрида постаралась передать всю яркость красок покидающей ее жизни: на полотне изображены сочные арбузы, гипнотизирующие своей ярко-красной мякотью.